Ползал на четвереньках, лакал из миски и терся о ноги: что стало с мальчиком, воспитанным кошкой? Подробности истории из Ивановской области
Четырехлетний Антошка из Ивановской области передвигался на четвереньках, легко запрыгивал на стол и поджимал пальцы, словно выпускал когти. Если кто-то его пугал, он начинал шипеть, как кошка. В начале 2000-х эта история потрясла всю страну. Мальчик рос с матерью и бабушкой, но настоящую заботу о нем проявляла только кошка Настя. Именно у нее ребенок перенял свои необычные повадки. Подробнее об этом читайте в материале «Радио 1».
Забота о чужом ребенке
Антон А. вырос в селе Горицы Ивановской области. Он родился в апреле 1999 года. Рядом с ним жили мать и бабушка. Но их больше интересовали застолья и выпивка, чем сын и внук. Малыш почти все время проводил один. Заботу о нем взяла домашняя кошка Настя. Она опекала его, как собственного котенка. Несовершеннолетний быстро перенял ее повадки. Он лакал из блюдца, выгибал спину, терся о ноги, ходил на четвереньках, шипел и царапался. В 2003 году мальчика отправили в Шуйский детский дом. Там его поведение поразило сотрудников. Ирина Кочина, которая тогда руководила учреждением, вспоминала об этом в разговоре с «АиФ». По ее словам, Антон легко прыгал с кровати на стол, а потом на тумбочку. На двух ногах он двигался неуверенно. Зато на четвереньках носился очень быстро.Если кто-то пытался его поймать, он тут же убегал. Затем прятался под кроватью в дальнем углу. Оттуда он фыркал и шипел, как испуганный кот. Достать его из укрытия было очень трудно. С таким ребенком сотрудники детдома столкнулись впервые. Женщина вспоминала, что Антон не мог привыкнуть к кровати. Под одеялом он не засыпал. Мальчик сворачивался калачиком на полу и так отдыхал. Воспитатели решили не давить на него в первые дни. Ребенок и без того тяжело переносил переезд в новую среду. Поэтому ему разрешили спать там, где он чувствовал себя спокойнее, — на коврике у кровати.
С едой тоже возникли трудности. Ложку Антон не брал. Вилку он тем более не признавал. Он лакал из миски или рвал пищу зубами. Иногда помогал себе ногтями. Желудок у мальчика работал плохо. Он нормально переносил только картофель и хлеб. Суп, кисель и пирожки сразу вызывали расстройство. Другие дети быстро дали новенькому прозвище — Киска. Они звали Антона гулять, а он в ответ шипел и сгибал пальцы, будто выпускал когти. Однажды во время прогулки мальчик сорвал пучок травы. Потом сразу выбрал из него осоку — ту самую траву, которой лечатся кошки. После этого он попытался ее съесть.
Нечеловеческие условия
О том, что в селе Горицы маленький ребенок живет в нечеловеческих условиях, первым узнал местный участковый. Он отвечал сразу за несколько деревень, поэтому не сразу понял, насколько серьезна ситуация. Но после визита в дом, где находился мальчик, полицейский сразу поднял тревогу. В жилище почти постоянно шли пьянки. Мать, которой было 28 лет, соседи редко видели трезвой. Ребенок в такой жизни оказался лишним. Поэтому большую часть времени он проводил в чулане. Там за ним присматривала кошка. Так и рос маленький Антошка, словно маугли. Только его «джунгли» находились не в глуши, а совсем рядом с цивилизацией — в 350 километрах от Москвы и в 35 километрах от областного центра. У Антошки не было игрушек, книг и нормального общения. Еды ему тоже почти не доставалось. Врачи, которые осмотрели ребенка после спасения, говорили прямо: еще немного — и он мог погибнуть. Воспитатели в детском доме шаг за шагом возвращали Антона к обычной жизни. Они действовали терпеливо и мягко. Помогали ласка, спокойные уговоры и маленькие угощения. Постепенно мальчик начал доверять взрослым. Сначала Антон реагировал на заботу почти по-кошачьи. Он выгибал спину и терся о ноги. Со временем эти привычки ушли. На их месте появились обычные детские реакции.Педагогам пришлось учить его самым простым вещам. Антон заново осваивал ходьбу, учился держать ложку и есть из тарелки. Ему показывали, как мыть руки, надевать одежду и спать в кровати. С ним постоянно занимались врачи, психологи и логопеды. Прошел всего год, и мальчика стало не узнать. Антон хорошо ел, охотно играл и шел на контакт. Он сильно картавил и путал слова, но все равно старательно читал стихи. В развитии он немного отставал от сверстников. Однако разница с тем испуганным, шипящим ребенком, которого когда-то привезли в детский дом, оказалась огромной. При этом одна трудность все же оставалась. Антон почти не смотрел людям в глаза и редко улыбался. Но воспитатели не теряли надежды. Они понимали, что такой путь требует времени.
Повезло дважды
Как рассказывала Ирина Кочина, Антону дважды повезло. Во-первых, он родился достаточно крепким и сохранил интеллект, хотя мать много пила. Во-вторых, его нашли вовремя. Специалисты считают, что синдром Маугли можно скорректировать только до определенного возраста. Если бы участковый не вмешался, мальчик и дальше жил бы в доме матери. Он по-прежнему сидел бы в чулане рядом с кошкой Настей. Даже если бы ребенок не умер от голода, последствия могли стать необратимыми.Психологи предупреждают: после 7–9 лет риск резко возрастает. В этом возрасте мозг может потерять способность полноценно усваивать человеческие навыки. Тогда звериные повадки закрепляются слишком глубоко. Истории других детей-маугли это только подтверждают.
