Зловещий свадебный подарок, роковое пророчество и страшная автокатастрофа: как оборвалась жизнь легенды хоккея Валерия Харламова?
Валерий Харламов — имя, от которого по сей день мурашки бегут по коже у поклонников хоккея по всему миру. Заслуженный мастер спорта, двукратный олимпийский чемпион, восьмикратный чемпион мира, человек-легенда, чей 17-й номер навсегда стал символом гения, мужества и виртуозной игры. В свои 33 года он был на пике славы, кумиром миллионов, олицетворением целой победной эпохи советского спорта. Но 27 августа 1981 года яркая звезда, зажжённая 14 января 1948-го, погасла в мгновение, оставив после себя не только легенду о непревзойдённом таланте, но и шлейф горьких вопросов, мистических совпадений и невосполнимой утраты. Подробности — в материале «Радио 1».
Воля против диагноза: как зажглась звезда Харламова
Его талант расцвел в знаменитой тройке нападения ЦСКА и сборной СССР вместе с Михайловым и Петровым. Их связывало почти телепатическое взаимопонимание. Невысокий и легкий, Харламов компенсировал габариты феноменальной техникой и скоростью. Мировое признание пришло к нему в 1972 году во время легендарной суперсерии против канадских профессионалов, где он стал одним из главных творцов сенсационной победы советской команды. К тридцати трем годам в его активе были все возможные титулы: олимпийское золото, многократные звания чемпиона мира и СССР. Казалось, впереди его ждала долгая и счастливая жизнь, но судьба готовила иной сценарий.
Любовь, ведущая к бездне
На свадьбе кто-то из гостей преподнес молодоженам белый мраморный бюст ангела. Мать Валерия, испанка по происхождению, пришла в ужас, узнав в подарке, традиционной статуэтке, которую ставят на надгробия. Спустя время страшные опасения сбылись. Харламов попал в ужасную аварию. Врачи сомневались, сможет ли он не только вернуться в спорт, но и нормально ходить. Благодаря невероятной силе воли и поддержке жены он совершил невозможное и снова вышел на лед.
Однако та авария оставила в его душе глубокую, неизгладимую трещину. Коллеги по команде вспоминали, как он стал часто говорить о смерти с почти фаталистическим спокойствием. «Доживу до 30, а там будь что будет», — бросал он порой в раздевалке. А в ответ на попытки друзей образумить его, мрачно шутил: «Уйду, и жену с собой заберу, не могу без нее». Эти слова, произнесенные вполголоса, стали страшным пророчеством.
Летом 1981 года, несмотря на блестяще проведенный сезон, тренер Виктор Тихонов не взял Харламова на престижный турнир в Канаду, сославшись на его форму. Это решение стало тяжелейшим ударом для гордого чемпиона. Чтобы поднять мужу настроение, Ирина уговорила его поехать на дачу.
Последний вираж Харламова
Сегодня, по прошествии лет, наследие Харламова живет. Его номер 17 навсегда выведен из обращения в ЦСКА и сборной страны. Именем легенды названы трофеи и дивизионы. Его сын, хотя и не повторил отцовской славы, посвятил жизнь хоккею. Но главное наследие — это память о гении, чья жизнь, яркая и стремительная, как его лучший бросок, оборвалась на самом взлете, оставив вечный вопрос о том, сколько еще вершин он мог бы покорить. Его история — вечное напоминание о хрупкости бытия, даже закованного в бронзу славы.
